За окном сгустились тучи, деревья ошалело замахали ветками. Очень быстро поднялся ветер.
— Почему я не удивлен? Опять метеорологи ошиблись. Ведь ни на одном канале про ветер и тучи не было ничего – все хором обещали солнечную жаркую погоду.
— Так это сапёры ошибаются один раз в жизни, метеорологи могут хоть каждый день лажать.
В полицейском участке появилась новая тема для обсуждений.
Петр Ильич разбирал очередную кипу документов, приводя дела в порядок. Подготовка очередного отчета увлекла так, что он не заметил перемены погоды. На автомате включил свет в кабинете, когда понял, что стало темно, но в сторону окна не посмотрел.
Лишь когда за окном послышался треск ломающегося ствола дерева, он отвлекся от папок и листов. В тот момент, когда следователь взглянул в сторону окна, мимо пролетел розовый полиэтиленовый пакет.
Петр Ильич встал со своего места, по пути нажал на кнопку электрического чайника и подошел к окну.
На улице творилось невообразимое — будто сам город попал в пасть разъярённого зверя. В этом городе такого урагана ещё не было: казалось, сама память улиц стёрлась под напором ветра, и привычный мир рассыпался на острые, мечущиеся осколки.
Дерево возле окна треснуло с сухим, оглушительным хрустом — словно лопнула гигантская струна, — и завалилось на металлическую ограду, смяв её, как тонкую жесть.
На дороге вразнобой лежали деревья и ветки: переплетённые, искорёженные. Крыша автобусной остановки куда то улетела, растворившись в серой пелене ливня, будто её и не существовало вовсе. Из земли одиноко торчали металлические трубы — как обломки мачт после кораблекрушения, безмолвные и чужеродные посреди хаоса.
Пешеходы спрятались по домам, по крайней мере сейчас их не было видно: город будто затаил дыхание, сжался в ожидании, когда буря выдохнется. А ураган всё рвал и метал — невидимый, но осязаемый, он хлестал по стёклам косыми струями дождя, скребся в рамы, завывал в пустых переулках, словно искал, что ещё можно сорвать, сломать, унести с собой.
Следователь стоял у окна, прижав ладонь к холодному стеклу, и чувствовал, как дрожь передаётся от рамы сквозь пальцы — будто здание тоже вздрагивало от каждого нового удара стихии. За стеклом мир стал чужим, диким, неузнаваемым: привычные очертания расплывались в вихре воды и ветра, и казалось, что ещё немного — и сама улица исчезнет, сметённая этим яростным дыханием неба.
Оторвавшись от окна, он нашел на столе в груде документов свой смартфон и стал изучать новостную сводку. Разведя в кипятке кофейный порошок, пролистал ленту соцсети, чтобы понять все ли хорошо у друзей и знакомых.
А потом вновь вернулся к окну – у него появилось какое-то странное чувство, что он знает почему возник ураган. И как только подошел к окну, то понял, что ветер почему-то дует в обратную сторону. До этого ветки летели налево, а сейчас почему-то направо. Разве так бывает?
И… внезапно ветер стих. Буря улеглась, оставив везде свои следы из сломанных деревьев, кустов и остатков следов человечества. Но так не должно быть! Так не бывает!
И как раз когда он услышал команду начальства, что весь присутствующий в участке состав должен сейчас выйти на улицу и разгрести завалы во дворе участка и на выезде из него, он увидел пробирающуюся по улице пожилую даму. Смутно знакомую даму… Она точно проходила по какому-то делу, но лично он ее никогда не видел, только на фото. Осталось только вспомнить, что за дело и стоит ли ее задерживать.
Тут в дверь постучали:
— Идешь уборку во дворе делать?
— Иду.