Ураган Лешему встал поперек горла, полностью перевернул картину мира и заставил думать иначе. Раньше он думал, что связан узами только с лесными деревьями, от чего даже сломанный сучок дерева отдавался в его душе болью. Когда ветер начал вырывать из земли деревья с корнями, Леший ощутил жуткую душевную боль, словно корни вырывали не из земли, а из его кровяной системы с ведрами крови, перемалывая нервы и кости. Каждое дерево отозвалось в нем горючими слезами.
Он ощутил громадное облегчение, что ураган закончился быстро. Но сам оказался измотанным настолько, что еле добрался до своего лесного домика и отсыпался три дня, не приходя в сознание даже для того, чтобы покушать.
Леший принял решение – не помогать больше Яге, а постараться убедить перестать вредить людям. Лучше подружиться, найти общий язык и договориться о совместном житие-бытие, чем творит такое зло не только людям, но и насаждениям.
Осталось придумать как это сделать, набраться сил на борьбу с Ягиней и сделать это.
Характер Лешего вовсе не тяготел к битвам — он привык действовать беззвучно, исподтишка, растворяясь в шёпоте листвы и тени деревьев. А теперь судьба требовала выйти на передовую, встать лицом к лицу с бурей событий. Потому и слова для Яги рождались с трудом, со скрипом, будто не только душа его навек срослась с лесом, но и сами мысли пустили корни и не желали срываться с языка.
И так как ничего путного придумать не удалось. Решил Леший сходить в гости к Кикиморе и спросить у нее что она думает о войне с людьми и готова ли попросить перемирие.
Кикиморы в доме не оказалось. Леший заговорил с соснами, и они рассказали, где находится болотная владелица – она обходила свои владения и усиливала болотистость на их окраинах.
— Пусть болотная тропа будет непроходимой, дорогая соседушка.
— И тебя не составит сила леса, сосед. Дело пытаешь или от дела лытаешь?
— По делу, красавица, по делу.
— Ну тогда пойдем в дом, чайку торфяного попьем с брусникою. Как раз поспела – ароматная, витаминная.
По болотному домику разнеслись травяные ароматы, на тарелке кровяными каплями манила свежая брусника. Отхлебнув горячего чая и раздавив языком несколько капелек брусники, Леший начал разговор.
— Хорош чаек, хозяюшка.
— Чай, как чай, ты давай говори, чего пришел, что за дело ко мне у тебя?
— На днях ураган в городе видела?
— Видела.
— И что думаешь?
— А что тут думать? Ерундой Яга мается, зазвездилась, хозяйкой всей округи стать хочет. Сначала людей изведет, потом, глядишь, и за нас примется.
— Про это я не думал, но что думаю я – надо как-то уговорить ее перестать вредить и договорится с людьми на совместное житие. Нам ведь много места не надо, лишь бы к нам в лес не лезли. А так живут пусть себе. Раньше не мешали ведь. Но не могу придумать как это сделать, не приходят слова настолько убедительные, чтобы угомонить ее гордость за умение колдовать и усмирить жажду крови.
— Вот и я не придумала, поэтому вчера просто создала для ее урагана щит, который ураган и ослабил, усмирил ветер.
— Так это из-за тебя Яга рвала и метала. Решила еще какие-то артефакты делать, чтобы усилить колдовство.
— Думаю я, что слова не помогут. Нужно запереть Ягу на ее полянке, чтобы не могла выйти к людям и не могла вредить. Только пока не придумала как. Она же научилась ходить через порталы. Поэтому просто заворожить полянку мало, нужно пути портальные отрубить. В моей колдовской книге такого нет, может у тебя где-то есть записи?
— Посмотрю, поищу, возможно что-то сохранилось. Если что, Палыч, леший соседнего леса, старше меня и мудрее, можно к нему в гости сходить. Подарки только подготовить нужно. Поможешь?
— Да, конечно. Я тогда дары соберу, а ты пока поищи у себя, может и не пригодятся.
На том и договорились. Так сплотилась коалиция зла за сторону добра в этом сказочном лесу.